Владимир Григорьевич Ярош, когда уходил с разреза «Черногорский» на очень даже заслуженный отдых (трудился с 68-го, десять лет работал, будучи на пенсии, итого – 45 лет), подошёл к гусенице экскаватора, обнял её, глаза – на мокром месте… Помощник сокрушался, мол, сфотографировать бы, да нечем!
Потом ветеран нередко просыпался с мыслями, что надо быть на смене, а он дома! Теперь уже привык, что «смена» - в огороде, в голубятне, в саду.
Горняки, говорят, бывшими не бывают, это точно. Владимир Григорьевич, имея особенный, с привкусом справедливости, характер, иногда заходит к нам в редакцию – рассказать, что встревожило. А на днях пришёл, чтобы отблагодарить угольщиков за доброе дело: им с супругой отремонтировали печную трубу, причём и просьбы-то об этом не было, просто заметили, что старая - аварийная.
Разговорились с одним из основателей горняцкой династии о его буднях на разрезе «Черногорский», о городе, о садовых делах – спелый август сам подсказывал темы. Слово за слово – приняла приглашение в гости: «У нас есть где сфотографироваться для газеты»!
В назначенный час открыла калитку частного дома. Да-а, фон для снимков в саду – отменный. Флоксы, астры, ромашки – настоящий летний хоровод. А гортензии достигли удивительных размеров, в человеческий рост и выше. Не цветы – огромные взбитые облака.
Хозяин, довольный произведённым впечатлением, перекрутил плёнку на бобинном (!) магнитофоне и включил, видимо, любимое: «Какая песня без гитары, какая жизнь без кутерьмы» …
- Плёнка не осыпалась?
- Как видите! Полный порядок.
- Да, звук тот ещё!
Рядом с бобинным магнитофоном – кассетный, тут же плёнки – «шоколадки» с хитами, что, видимо, жарко греют душу.
… Конечно, интересно было из первых уст узнать о шахтёрской династии.
- Меня на разрез старший брат Анатолий сманил. Здесь же и отец работал. Потом двое сыновей подросли – и сюда же, племянник нашу «гвардию» пополнил. Сейчас внучка на разрезе работает. Так что, если по фамилии – нас шестеро трудились, почти все – на экскаваторах, все - из разных поколений. А взять родственников – однако, человек двадцать наберётся разрезовских. Кто-то посчитал, что на счету династии – 179 лет общего стажа.
Был случай – я работал старшим машинистом, со мной в экипаже – два сына и племянник. У всех – одна фамилия. Приходит проверяющий, заглядывает в журнал, потом недоумённо смотрит на меня:
- Вы что, живёте здесь?
- Гордость разбирает, что так всё сложилось?
- Неплохо вышло!
- Экскаватор – это…
- Жизнь.
- Разрез?
- Свой, родной. На работу ехал с удовольствием, азартом, с работы домой – уставший, но настроенный на борщ, чай, разговоры с близкими, на уютный, хороший отдых. В первые годы работы в отпуск не желал уходить – работать хотелось, рвать и метать - молодой был, сильный.
Вы представьте, одной бригадой до двадцати лет работали вместе. Новоселья, дни рождения - всё вместе, своей толпой. До сих пор на рыбалку вместе по озёрам ездим. Только сейчас – куда-нибудь поблизости, ловим карасей. На большую рыбу сил не хватает.
- Разрез рос, менялся на ваших глазах.
- Пока не началась перестройка, всё было отлично. Потом начало-ось. Некоторые увольнялись, устраивались на другие предприятия, хотя везде дела шли не сказать, чтобы ровно. Но выстоял разрез, победил, и дела пошли в гору. Для меня это было чем-то вроде личной победы. Снова можно было спокойно работать, понимая, что за спиной – монолит, крепкое, сильное предприятие.
- С друзьями, которые появились на разрезе, общаетесь?
- Конечно, встречаемся. Случается, вспоминаем былое с Юрием Николаевичем Игольниковым, Станиславом Николаевичем Погореловым, Владимиром Ильичём Тарасенко, Николаем Антоновичем Конышенко. Есть что вспомнить, над чем посмеяться или взгрустнуть.
- Лучше посмеяться.
- Из смешного – новеньких отправляли зубья ковша точить напильниками, мол, затупились, не так, как положено, работает машина. Некоторые точили. Такое было «крещение», без злобы, но под хохот, чего там!
- Вы знаете, что не все понимают значение слова «подсашка»? Особенно из тех, кто из других регионов.
- Правда? А сколько мы тех подсашек с яйцами, салом, колбасой с собой перевозили! Постепенно «мода» менялась, для нас начали готовить обеды на месте. Первое время не могли привыкнуть к тому, что на обед надо останавливаться. Со своей-то едой раз-раз, перекусил, и дальше за рычаги. Но что говорить, горячая еда с доставкой на рабочее место – большое благо, вскоре поняли, привыкли. Работа сложная, хотя бы небольшой перерыв – необходим. Хотя и не очень-то хотели долго простаивать, чтобы не отставать от товарищей. Лозунг придумали, который подгонял: «Сегодня рекорд, а завтра план».
- Что за история с трубой на вашем доме?
- В честь первого мая, в праздник трудовых людей, к нам, к нашей династии, в гости приехали глава республики Валентин Коновалов, генеральный директор ООО «СУЭК-Хакасия» Сергей Канзычаков, директор разреза «Черногорский» Сергей Радионов. Тепло поздравили, мы отлично пообщались за чаем, а когда прощались, горняки-руководители обратили моё внимание на покосившуюся трубу дома. Я ответил, мол, буду поправлять, ремонтировать, раз так. Но они остановили, мол, это сделаем мы, поможем.
Так и вышло: вскоре отправили работников, которые разобрали нашу обветшавшую трубу и установили новую красотку из нержавейки. Сделали всё на совесть, качественно, красиво, огромная за это благодарность! Вот видите, на разрезе не забывают ветеранов. И словом согрели, и дело сделали, да ещё какое!
Лидия Викторовна, супруга, которая в своё время возглавляла детский сад «Ромашка», тем временем присоединилась к разговору:
- Разрез «Черногорский» считаю и своим предприятием. Постоянно обращалась, ездила с просьбами, никогда не отказывали. Хорошо запомнила – в семидесятых руководителем был Владимир Дмитриевич Новожилов – он купил для детей пианино, а до этого использовали баян. Представляете, сколько радости было? Помогал и Виктор Васильевич Тропин, при его поддержке приобретали игрушки. Геннадий Николаевич Шаповаленко помогал стройматериалами для ремонта, игрушками, канцелярией. Однажды в детсаду случилась серьёзная авария, вышел из строя кабель. Геннадий Николаевич сделал всё возможное, чтобы быстро устранить неполадки - родители ждали, когда можно будет приводить ребят в детсад, а самим спокойно отправляться на работу.
И дом получили от разреза, когда Юрий Степанович Щапов активно развивал социальную политику предприятия, строил жильё. Я, конечно, не могу знать, кому и почему давали это жильё, одно могу сказать: Володя в буквальном смысле слова болел за разрез, за свой экскаватор. Только и было слышно, как он с друзьями из бригады обсуждает ремонты, усовершенствования, как то или другое сделать лучше. Наверное, ценили, потому что он отдавался работе полностью, задачи выполнял на совесть.
Была квартира, переехали сюда.
- Как у одного из лучших, наверняка много наград.
- Да, конечно! Есть ордена Трудовой славы, Трудового Красного Знамени, Володя полный кавалер нагрудного знака «Шахтёрская слава». Гордимся, парадный пиджак у него какой красивый!
В небе раздались хлопки – голубям, видно, надоело рассматривать нас с жёрдочки, решили размять крылья, полетать.
- Настоящая голубятня?
Отправляюсь внутрь, посмотреть, как всё это устроено. А там пространство разбито полками, горят лампочки. Голуби, привычные к людям, не разлетаются, демонстрируют свои шикарные хвосты и прямо при нас целуются. Владимир Григорьевич, наблюдая за птицами, рассказывает:
- Лет с шести держу их. Брат с колхоза привёз «дикарей» – прижились. Повзрослел – стал покупать породистых. Не продаю, только приобретаю. Всю жизнь нам говорят: «Чего дармоедов кормите, лучше бы кур завели!»
А они, смотрите, кто – с мохнатыми ногами, другие любят в небе крутиться, иной раз до самой земли кульбиты делают. Породы разные. Едят зерно, горох, семечки. Летом пару раз кормим – день длинный, зимой – разок.
- Сколько их?
- Кто ж считал?! Около сотни.
С Лидией Викторовной любуемся гортензиями.
- Как добиться, чтобы такими высокими вырастали?
- Их рост зависит от сорта. Ежегодно обрезаем на две-три почки, и они дают побеги именно такого размера.
Вот, смотрите, эту Володя подарил на юбилей, привёз из Абакана. Семена астр знакомые привезли из-за границы, я цветы осенью пересаживаю в теплицу, чтобы свои семена вызревали. А потом рассадой делюсь и со знакомыми, и в детский сад отдаю.
- Красивые. Будто из тонких иголок, а нежные.
В огороде на помидорных кустах – огромные красные мясистые плоды, оставленные на семена. Опережая мой вопрос, хозяйка поясняет:
- Перегной не покупаем никогда, всё в огороде, на цветниках, в саду удобряем голубиным «добром». Разводя, конечно, в допустимых пропорциях. И всё растёт здоровым. Земля – счастье.
- Сколько лет вы вместе?
- Пятьдесят шесть. Нет, ни капли не устали друг от друга. И от людей – тоже. Видите, у нас калитка не закрывается. То дети на пороге, то соседи, то друзья.
Лидия Викторовна, когда разлила чай на уютной веранде, делится:
- Город наш люблю всей душой. Больше десяти дней на стороне для меня – мука. Возвращаюсь, приговаривая: «Ой, моя Черногорочка!»
Зашла речь о детсадах, о том, как наши коллективы умеют обустраивать территории, превращать их в цветущие сады, рассказывает:
- Во многом это заслуга главы города Владимира Георгиевича Сорокина. Он постоянно приезжал, смотрел, что и как, просил, чтобы не только на территориях, но и за оградами был порядок, чтоб никаких зарослей. Подключали родителей, сами выкраивали время и создавали такую красоту – душа радовалась. Эти традиции живы.
По ТВ начался репортаж с фронта.
- Вы знаете, у нас есть карта из старого атласа, я постоянно отмечаю, что происходит, куда наши войска продвинулись, – делится Лидия Викторовна, - а как же? Не понимаю, как можно быть к такому равнодушными. Судьба нашей страны решается, это так же дорого, как своё самое близкое, семейное.
Душа за всё болит. Еду по городу – трава. Где-то деревья сильно разрослись, так бы и подправила пару веток… Привыкла на работе не проходить мимо чего-то неладного. Вообще, как говорила известная в городе, в образовании Евгения Ивановна Рябова, проработала, как песню спела. Ни одной травмы, ни одного неприятного события. Уходишь на выходной – как так, не съездить, не посмотреть, не узнать, что в садике?
- Зато сейчас - релакс. Цветы, голуби.
- Переживаю, что сокращается армия цветочных горшков, вон свободных штук сто стоят. Что поделать, переходим на многолетки!
Владимир Григорьевич ушёл встречать очередных гостей. А когда вернулся, на прощание попросила его что-то важное пожелать горнякам. Долго не думал:
- Всем желаю удачи! Помните Титаник? Здоровые, сильные, богатые… утонули. А улыбнулась удача тем, кто опоздал на рейс или не смог приобрести билет – остались радоваться жизни. Так что горнякам – удачи! Будьте здоровы, счастливы, с наступающим Днём шахтёра!
Марина КРЕМЛЯКОВА,
фото автора