Я из сеока Хобый

Дата публикации: 26.06.2024 - 22:03
Просмотров - 151

С библиотекарем центральной городской библиотеки им. А.С. Пушкина Анной Дмитриевной Тортомашевой мы знакомы уже много лет. Сначала просто встречались на разных праздниках, встречах и фестивалях, которые проводила библиотека. Потом делали материал о клубе «Нанчылар», где все желающие могут больше узнать о хакасской культуре, традициях, понемногу изучать хакасский язык. Позже и вовсе сдружились на фоне любви к культуре.

Как-то мы разговорились с Анной Дмитриевной о хакасских традициях, и появилась идея: сделать серию материалов об обычаях и культуре народа. Ведь мы живём в Хакасии, многие здесь родились, но далеко не все, включая хакасов, знают о народных праздниках, соблюдают традиции. И кому как не настоящей хакаске из рода Боргояковых рассказать о них!

на фото: В театре Читиген

РОДОМ ИЗ ДЕТСТВА

- Анна Дмитриевна, вы одна из немногих знакомых мне хакасов, кто до сих пор знает свой язык, говорит на нём, помнит и совершает обряды. Почему у вас сохранилось это? Ведь так важно беречь свои корни, помнить язык и культуру предков.

- Мы - дети советского времени, и у нас все традиции, обычаи сохранялись в семье – язык, костюм, всё было в семье. В моём детстве не проводилось таких больших национальных праздников, как сейчас – Тун Пайрам, Чыл Пазы и т.д., но традиции передавались.

Я росла и училась в деревне Кызлас в Аскизском районе. Это центральная усадьба. В школе нашей было два класса – с обучением на русском языке и с обучением на хакасском. Я училась в русском классе. Но при этом мы все в деревне были двуязычными: русские, хакасы, немцы, мордва, татары. Мы хорошо знали и русский язык, и хакасский. Дома мы в основном говорили на хакасском, на улице – по-русски, порой это была смесь языков.

Когда поступила в институт, я училась на филологическом факультете, то пошла на русское отделение, а параллельно училась группа хакасского языка.

на фото: Студенческие годы

МОЙ ЯЗЫК

- Сегодня нечасто услышишь хакасскую речь, разве что в Аскизском районе, где традиционно живут хакасы. Хотя вы много лет жительница Черногорска, но язык помните. Сложно было сохранить это знание?

- В молодости как-то не задумывалась. Но в 50 лет произошёл какой-то переворот в душе.

Именно сейчас я стала чувствовать радость и сладость от того, что знаю свой язык. Раньше такого не было – знала и знала. А тут в городе поговорить на хакасском мне особо не с кем и, приезжая к родным в деревню, разговаривая с ними по-хакасски, пережила радость открытия. Теперь в деревне я говорю только на родном языке, и каждый раз сама себе удивляюсь – мой язык выговаривает хакасские слова, память хранит их.

Вместе с этим во мне проснулась любовь вообще ко всему хакасскому. Вот честно! Идут, к примеру, по улице девушки-хакаски, а я уже люблю – это мой народ!  

Наша деревня Кызлас находится в подтаёжной зоне, поэтому степь я не очень приветствую, мне в ней скучно. Тайга, горы, речка – это моё. Когда еду домой, то пересекая границу Усть-Абаканского и Аскизского районов, там, где стоит стела, всегда приветствую: «Здравствуй, Аскизский район!»

на фото: Выездное сазедание клуба "Нанчылар"

РОДНЫЕ БОРГОЯКОВЫ

- Мы с вами разговариваем и я понимаю, что многие традиции, обычаи у вас очень похожи на шорские. И язык тоже похож.

- Да, и мы понимаем друг друга, хотя язык всё же отличается. Там, где мы говорим «с», они говорят «ш».

Даже фамилии у нас бывают общие.

Я изучала историю своего рода Боргояковых – он довольно большой. Вообще разделение хакасов происходит по сеокам. Происхождение ведётся по мужской линии. Но случается, что люди, носящие одну и ту же фамилию, к одному сеоку не принадлежат, они просто однофамильцы. И бывает так, что вижу какого-нибудь Боргоякова, а сама думаю: «Нет, не нашего он рода, не похож!»

Также хакасы различаются по этническим группам. Я – сагайка, и мы внешне отличаемся от кызыльцев, качинцев и койбалов. Разный разрез глаз, черты лица отличаются.

Вообще на территории Хакасии побывало множество народов, как итог – смешение антропологических типов. К примеру, приезжаю в деревню к троюродному брату, там девочка бегает – разрез глаз хакасский, но она рыжеволосая и со светлой кожей. А ведь в большинстве хакасы черноволосые и смуглые. Но вот такие искорки из прошлого выходят. И помню, что в детстве у нас в деревне таких детей было много – светлолицых, рыжеволосых, светлоглазых, но с азиатским разрезом глаз.

- Вы сказали про свой род Боргояковых, сеок. Выходит, что и сейчас хакасы помнят о принадлежности роду, знают его историю?

- Раньше при знакомстве хакасы друг у друга спрашивали: какого сеока, кто родители, какие имена носили – и так понимали, кто и откуда. Помню, была в какой-то деревне, ко мне подходит бабушка и говорит: «Ты Матунина дочь». А я, надо сказать, похожа на маму, а не папу. Но папу звали Матуна или Митька. Часто даже смешивались имена и звали Митька-Матуна. 

Никогда в жизни я не была на родовой встрече, а в прошлом году мы с сыном решили поехать. Сейчас хакасы стали устраивать встречи родов, куда собираются люди одного сеока. Раньше такие встречи проводились в месте, откуда пошёл род.

Прародитель рода Боргокояковых – Сакей, по его имени была названа деревня Сакеевка, теперь её нет. Находилась она в Таштыпском районе, неподалёку от Нижней Тёи нужно свернуть в сторону Усть-Чуля, и вот в том-то месте и была Сакеевка. Именно там проводятся родовые встречи.

Что интересно, когда только собиралась на встречу, связалась с организаторами и попросила объяснить дорогу, я же никогда не бывала там. А мне говорят, мол, не заблудимся, после поворота с Нижней Тёи будет остановка «Боргояков». Остановка названа так, потому что неподалёку стоит дом, где родился, жил и работал художник и композитор Павел Михайлович Боргояков.

- А как происходит встреча рода?

- Сначала идёт регистрация, точно так же, как на любом мероприятии. В это время помощники организаторов режут барана, готовят хакасские блюда.

Затем, когда все зарегистрировались, начинается парад рода. Семьи разделены по городам и районам. Открывает парад Абакан, за ним Черногорск и так далее. Но из Черногорска весь род Боргояковых представляли я и мой сын. 

Также на встречу рода приглашают гостей. Я из рода Боргояковых, сеок Хобый. В этот сеок, кроме Боргояковых, входит ещё семь фамилий, например, Топоевы, Бутанаевы. Вот таких гостей приглашают на встречу рода. Хоть они к одной фамилии не принадлежат, но входят в один сеок.

Моих ближайших родственников на встрече не было. Мы посмотрели, как проходит встреча, попробовали суп из баранины, полюбовались природой. Примечательно, что на встрече были сплошь молодые люди, стариков почти нет.

На собрании были концерт, спортивные состязания. Кто-то делал доклады об изысканиях в истории рода, составлении родословных. Также там поощряли многодетные семьи, выходили невестки рода, у кого мужья из рода Боргояковых – ведь они подарили сыновей, которые станут продолжателями рода.

на фото: Хакасское лакомство - конфеты из талгана. А делает их  Анна Дмитриевна 

- А если у парня Боргоякова невеста русская – их дети будут считаться родом Боргояковых?

- Конечно! У нас много многонациональных семей. Главное, чтобы муж был из рода Боргояковых, тогда и дети станут принадлежать этому роду. Хакасы сами по себе очень доброжелательные и открытые люди. Мы легко принимаем людей других национальностей. У нас нет такой закрытости, как встречается в некоторых других народах.

Ведь посмотрите на историю хакасов. У нас не было захватнических войн, нашествий, угонов. А чтобы народу выжить, обновлять кровь, он принимал к себе людей других национальностей.

Сколько у нас сейчас в Хакасии живёт людей разных национальностей! Почти сотня! И живут мирно, спокойно. Так было всегда. Это черта хакасского народа – стремление к миру.

Например, у меня свёкр – шорец, а свекровка – хакаска, мать у неё была казачка. В семьях поэтому сохранялись традиции разных народов. К примеру, та же свекровка и частушки русские пела, и хакасский язык знала.

- Зачем проводят родовые встречи?

- Для знакомства! Чтобы поколения знали друг друга, знали историю рода. Ведь все живут в разных районах, да и регионах России. А на родовой встрече есть возможность познакомиться, привезти детей, показать им родственников, познакомить со старейшинами рода. 

- А в вашем детстве вы ездили на родовые встречи?

- Честно сказать, не помню. Мне кажется, что это появилось относительно недавно. В советское время такого не было.

ЧТО ЗА ЧУДО КОГЕНЕК!

- Есть такое расхожее выражение – встречают по одёжке, провожают по уму. У хакасок традиционное платье когенек очень яркое. И вы всегда выходите на мероприятия именно в таком платье. Сами шили, или откуда оно у вас?

- Это мама сшила мне платье. Наверное, рукоделие у хакасских женщин идёт от предков. Мама всегда что-то шила, вышивала. Она себе сделала платье, потом – мне, когда я ещё была совсем молодой. Оно, между прочим, сшито вручную, и вышивка ручная. Сейчас, конечно, всё это красивее делают, на машинках и т.д., но моё платье - настоящее. Я и сейчас его ношу. И чувствую тепло мамы.

Хотя, когда она шила, я думала: «Зачем она шьёт? Куда я его буду носить?» В то время как-то даже в деревнях не носили национальные наряды. Но мама сказала: «У тебя должно быть хакасское платье».

Особенность хакасского платья в том, что оно сильно присборено и на груди, и на спине. И поэтому получается: девушка худенькая – оно ей идёт, девушка повзрослела, стала женщиной, может, и поправилась очень – а платье всё равно впору! В общем, на вырост и любой размер шилось. Ведь на шитье платья уходит порядка метров 7-8 материала!

И при этом особенность платья, что сзади оно немного длиннее, чем спереди, хвост такой получается. И вот идёт девушка в хакасском платье, оно развевается, красиво очень.

И ещё одна причина – почему платье такое широкое. Ведь раньше все ездили на конях, и мужчины, и женщины, и вот села девушка на коня, а платье всё закрыло, не видно коленок голых – это считалось неприличным, напротив, едет на коне такая пава. Красиво же!

Идём дальше. Заходит девушка в юрту, ведь в них жили наши предки. В юрте расстилали войлок и на нём сидели. Чтобы сесть красиво и ничего лишнего не показать, в современном костюме никак не получится. А вот в традиционном хакасском платье – легко. Больше того, в платье мамы легко можно было завернуть ребёнка и с ним сидеть на войлоке. Оно очень функциональное и практичное для жизни.

Летом в жару в нём не поймаешь тепловой удар, ведь платье широкое, проветривается. 

на фото: Сегодня вновь вспомнили про национальные костюмы

Молодежь в деревне платьев традиционных не носила, а вот бабушка – да. Я хорошо помню, как наши бабушки одевали такие платья, у них были пришиты большие карманы, в которых они прятали трубки и кисеты с табаком. Почему-то тогда хакаски много курили.

Помню свою бабушку Боргоякову, она к нам в дом приходила, и всегда в одном кармане у неё была трубка, в другом – небольшой кисет с табаком. Она садилась перед печкой, открывала дверцу, доставала трубочку, заправляла её табачком, закуривала и вела неспешные беседы. Чтобы нам дым не мешал, курила в открытую дверцу печки. Помню этот неторопливый разговор. Пыхнёт трубкой, скажет несколько слов и так по кругу.

Платье, которое мне сшила мама, было без карманов, как и её. Повседневное, рядовое платье шилось из обычной ткани, без особых украшений, не так, как шьются сегодня праздничные платья.

- Вы сказали, что мама платье сшила, но вы не знали, куда его носить. А когда вы достали его из сундука и надели?

- Прошло много лет, я окончила институт, стала работать в библиотеке. И как-то предстояло провести мероприятие по краеведению, нужен был соответствующий костюм. И тут я подумала – у меня же есть хакасское платье! С тех пор надеваю его на все мероприятия. И оно стало мне родным. Когда надела его первый раз, почувствовала себя, как дома. Говорят, что есть зов предков, вот, наверное, во мне проснулась кровь поколений.

Потом я не раз разговаривала с людьми, обсуждала этот зов, и оказалось, что он проявляется по-разному, но чаще всего около пятидесяти лет человек вдруг начинает задумываться о своих корнях, составляет родословную, изучает традиции и обычаи своего рода.

У меня это произошло ровно в пятьдесят лет. Просто зов свыше услышала. И знаете, это ведь не только платья касалось. На мероприятии надо было рассказывать о традициях хакасов, их обрядах, а времени подготовиться в обрез. И я стала импровизировать, положилась на чутьё. Позже, когда сверяла свои действия и слова с тем, что и как надо было делать, поняла – попала в десятку! Всё же кровь говорит в человеке, он чувствует свою культуру, даже специально не изучая эту тему.

на фото: Туристов встречают в народных костюмах

АХ, КАКОЙ ЧУСТУК

- Встречаясь с вами, давно обратила внимание на ваши кольца. Они такие особенные… Это хакасские украшения? Честно говоря, не припомню, чтобы где-то ещё видела подобные.

- Это истинное национальное украшение, называется чустук. Есть кольца, а есть перстни. Чустук из категории перстней. Они бывают круглые и овальные. Часто в центре пластины закреплён камень, обычно это коралл или бирюза.

- На пластине виден узор – это какой-то специальный орнамент, или он у всех чустуков одинаковый?

- Нет, орнаменты отличаются друг от друга. Причём степные орнаменты не похожи на таёжные. У нас орнамент покрупнее и поярче, чем у степных. Изображаются цветы, листья.

Эти перстни считаются оберегом, они как щит охраняют хозяйку от бед. И очень хорошо, если такое украшение передаётся от мамы к дочери. Чем больше поколений – тем выше защита, надёжнее оберег, больше его сила.

Моё кольцо молодое, перешло мне от мамы, а ей от её мамы не досталось. Она росла сиротой, с мачехой, поэтому наследственных украшений у неё не было. А я это кольцо ношу всегда.

 

БЕЗ ПОГО НИКАК

- Хотелось бы больше узнать о пого, ведь оно считается одним из главных и аутентичных украшений хакасских женщин. Помню, как делегация нашей библиотеки ездила в Дагестан, и там они устраивали мастер-класс по изготовлению пого.

- Пого входит в список нематериальных культурных объектов наследия Республики Хакасия. Пого - это женское нагрудное свадебное украшение. Изначально, пого, как и чустук, несёт защитные функции. Сейчас пого небольшого размера, служит, скорее, как декоративный элемент костюма. А раньше оно было большое, носилось на уровне живота, ведь его задача – защищать женщину, мать ребёнка!

на фото: Мастер-класс по изготовлению пого

Если посмотреть на старые пого, которые передаются в семье из поколения в поколение, то легко заметить их отличие от современных. Во-первых, по размеру, во-вторых, по качеству материала. Конечно, старые пого гораздо массивнее – ведь в основе кожа! Раковины настоящие, не нынешние пластмассовые подделки. Однажды мне на свадьбу дали надеть старое пого, я не смогла в нём долго быть, очень уж тяжёлое.

Если внимательно посмотреть на традиционный орнамент пого, то мы можем увидеть глаза, рот. Это, по сути, личина. Раньше пого изготавливалось из кожи, на него нашивались перламутровые пуговицы и раковины. Хотя у нас, конечно, ни перламутра, ни раковин нет, но прежде здесь проходил Великий шёлковый путь, и хакасы покупали за скот украшения, которые затем пришивали на пого. За корову, к примеру, давали пять раковин.

Узоры на пого несут смысл, как и в чустуках, орнамент степняков отличается от орнамента таёжных хакасов.  

- А вообще у хакасов по родам есть свои собственные узоры? Или цвета? Вроде того, как у шотландцев клетка.

- Как такового разделения нет. Цвета у всех общие, орнамент несколько отличается, но не по родам, а разделением на степных и таёжных хакасов. Цветовые предпочтения были – мы больше любим яркие цвета: жёлтый, красный, синий, зелёный, малиновый.

 

ПРОВОДНИКИ ВЫСШИХ СИЛ

- Не могу не спросить вас о религии. С одной стороны, хакасы приняли православие ещё в 18-19 веках, с другой – сохраняли ша­манизм. Шаманов наделя­ли сверхъестественными способностями – умению лечить, ходить в мир мёртвых и разговаривать с ними и т.д. В 90-х началось повальное увлечение стариной и, как итог, появилось множество подделок – начиная от костюмов и украшений, заканчивая, так скажем, псевдоведунами, псевдошаманами. Вы сталкивались с настоящими шаманами? На самом деле им подвластно неведомое?

- Думаю, что настоящие шаманы на самом деле обладали особыми способностями. Ведь раньше не было врачей, которые бы могли лечить, и этим занимались шаманы. И старые шаманы понимали многое из того, о чём не знали их соплеменники. У нас до сих пор жива вера в духов – духов гор, степи, рек. Хотя вроде бы мы все материалисты, но всё же что-то есть помимо материального мира.

- Совершенно согласна. Многие из бывалых походников, спелеологов и альпинистов, охотников верят в духов, обращаются к ним за помощью, с благодарностью. Как-то так случается, что в глубокой тайге или горах атеизм и материализм растворяются без остатка.

- В моей жизни тоже были истории, которые невозможно объяснить с материалистической точки зрения. Расскажу одну из них.

Однажды отец построил в деревушке неподалёку от Кызласа дом. Пока строил, туда постоянно приходили две какие-то бабушки, и у отца появилось подозрение, что они сделали подклад – иначе говоря, нанесли порчу.

И в самом деле, дома нам не жилось, часто происходили какие-то мистические вещи. Мама сказала: «Надо ехать к шаману». Отправились туда вместе с отцом, и шаман им сказал, что подклад есть, что это очень опасно, вплоть до смерти домочадцев, поэтому лучше уехать. В общем, отец дом продал. Потом слышала, что новые хозяева тоже не смогли там жить. И так несколько раз. И только четвёртые или пятые владельцы совершили нужный обряд, выкопали подклад и зарыли его в правильном месте.

на фото: Скольких человек приобщила Анна Дмитревна к хакасской культуре и языку!

ТАИНСТВЕННЫЙ СЕК-СЕК

- Общаясь с хакасами, с русскими, которые знают и чтут хакасские традиции, я заметила, что обряд сек-сек, по-русски говоря, обряд благодарения духов, они совершают обязательно. Знаю, что сек-сек чуть ли не входит в программу туристических туров, как и обряд повязывания чалома. И порой его делают не так, как надо. А как нужно проводить обряд по-настоящему? Чтобы не обидеть духа горы или духа района?

- Сек-сек я помню с детства. При этом чалома мы никогда не повязывали, не было у нас такой традиции, а сек-сек – обязательно. Меня родители всегда возили по всем гостям, дома не с кем было оставить, и, пересекая границы района, мы обязательно останавливались для сек-сека.

Сек-сек совершают на границе владений духов. Например, подъезжая к Аскизскому району, вы видите коновязь – именно там нужно делать сек-сек. Обычно граница проходит на возвышенности – на вершине сопки, на перевале.

Сек-сек – это задабривание духа. Ведь говоря современным языком, у каждого природного объекта есть хозяин – у воды, у горы, у тайги и т.д. И чтобы он не обиделся, его надо накормить, ублажить.

Для этого с собой в дорогу берут молоко, можно взять спиртное. У нас мама делала слабую хакасскую молочную водку – араку. На перевале брала пиалу или любую другую открытую посудину и зелёной травинкой выплёскивала из неё араку на все четыре стороны, в том числе за спину, приговаривая что-то вроде: «Вот хозяин этих гор, мы пришли к тебе, просим принять нас. Спасибо тебе за добро! Передай нас из рук в руки, чтобы дорога добрая была». В общем, каждый сам находит слова для обращения к духам. Здесь нет какой-то чёткой формулы. На границе мы благодарим духа района, откуда приехали и просим о благожелательном отношении духа района, куда едем.

Если едет семья, то не обязательно каждому проводить обряд, один может это сделать для всех, ведь вы же вместе.

Понятно, что сейчас многие каждый день пересекают разные районы, едут по работе, времени останавливаться на каждом перевале совершенно нет. Но сек-сек можно совершить и в поездке, просто открыть окно, бросить монетку в качестве жертвоприношения и попросить удачного пути. Вместо монетки можно даже просто обратиться к духу, мол, мы везём с собой продукты, так пейте у нас, ешьте у нас, принесите добро нам.

Этот обряд один из самых сильных и обязательных у нас. Недаром его я помню с детства. Главное, чтобы обращение к духам во время сек-сека было искренним и уважительным.

Беседовала Валентина КОРЗУНОВА,

фото автора и из архива Анны Тортомашевой

 

Новости по теме: