Мне бы домик в два окна, чтобы там жила одна

Дата публикации: 02.04.2013 - 03:27
Автор:
Просмотров - 497

alt

Жила-была Евдокия Степановна Полеванова. Войну прошла («Кем я была? Солдатом!»), все пули «обманула», хотя и Москву в составе зенитного артиллерийского полка защищала, и по дорогам войны аж до Польши дошла (там и встретила победу). Не без горя, конечно же, был этот путь. Контузило пару раз, как-то осколок нос задел, но в той мясорубке это чуть не за счастье считалось. Главное, о чём мечтала, – выжить.Теперь вот, к девяноста годам, со слухом плохо стало. А так – ничего, бегает. Вот и в управление соцподдержки сама пришла. Мол, беда у меня, без угла осталась.

- Как без угла? – удивилась директор управления О.Л. Шепель. Она знала, что Евдокии Степановне в 2010-м году из федерального бюджета как участнику войны была выделена хорошая сумма – 811 тыс. 800 рублей. Участница войны купила на эти деньги квартиру, с радостью переселившись туда из видавшего виды старого домишки. Сотрудники отдела соцподдержки помнят, как бабушка, не скрывая эмоций, разглядывала просторные комнаты, кипятила на кухне чай для гостей и говорила о том, что теперь по-настоящему счастлива.

Выяснилось, что за два с небольшим года после этого события много воды утекло. Из купленной на государственные деньги квартиры Евдокия Степановна переехала в другую – обменялась с сыном. Он стал владельцем двухкомнатной на 3 этаже, она ушла в однокомнатную на первом, жить стали рядом, в малоэтажных домах на Девятом.

Долго ли, коротко - решила бабулька жизнь свою разнообразить, вырваться из одиноких надоевших стен. Теперь говорит: «Сама себе покой нарушила!»

А началось всё со звонка внука, напросился парень в гости.

- Приезжай, попроведуй, - ответила Евдокия Степановна.

А там слово за слово – о правнуке разговорились, который «за тридевять земель» - то в Йошкар-Оле, то в Москве с матерью живёт, о том, о сём. Мальчишку этого, правнука, бабушка в детстве нянчила, с его мамой Ириной сложились тогда тёплые, добрые отношения. А после внук с женой Ириной стали жить порознь, в разных городах. После этого визита начала бабушка вести с Ирой телефонные переговоры. В итоге договорились до того, что та согласилась перебраться в Черногорск, купить здесь вместе с бабушкой квартиру и жить, как говорится, в ладу да согласии. Евдокия Степановна, поджидая молодую женщину, всё вспоминала, как она раньше при встречах тепло обнимала её: «Мне это приятно было – у самой-то одни сыновья, а она – как дочка».

В итоге Ирина продала свою комнату в Йошкар-Оле (жила там «на подселении»), а бабуля нашла покупателей на свою однокомнатную. Сложили Иринины 500 и бабушкины 750 тысяч, за миллион двести пятьдесят присмотрели «двушку» в районе гостиницы.

Пришли оформлять покупку – их спрашивают: на кого, как делать документы. Евдокия Степановна, ничуть не сомневаясь, заявила: «На Ирину! Чтоб потом ей ни время, ни деньги не терять на переписку». Та же, после приобретения жилья, прописала в квартире сына и бабушку.

Сделали дело, начали жить-поживать. Правда, до добра не дожили – ссориться стали. Вроде из-за мелочей, а обиды копились. Атмосфера накалилась до такой степени, что старушка начала паковать чемоданы: «Сердце подсказало: надо уезжать, бежать отсюда». Убежала к подружке, которая не прочь была принять старую приятельницу. Часть вещей к сыну перевезла. И стала мечтать о собственном жилище: «Купила б домик в два окошка и жила одна, сама себе королева».

Ирину мы с председателем совета ветеранов города З.И. Шуряковой (она тоже занимается этой историей, пытается разобраться, что к чему, и по возможности помочь участнице войны) нашли на работе, на одном из строительных объектов.

- Так я и знала! – воскликнула молодая женщина, отряхивая рабочий комбинезон. И направилась в сторонку. За ней – подружка: «Я всё знаю, Ира делилась, переживала». Что ж, разговаривали все вместе.

Выяснилось, что Ирина с сыном в Йошкар-Оле жили 18 лет, по сути, с чужими в одной квартире (в больших городах это распространённая практика, когда люди продают не только квартиры, но и отдельные комнаты в них). Она рассказала, как непросто было решиться на переезд. Но бабушка говорила: «Ирина, хочу, чтоб ты и правнук жили со мной. И, убеждая, поясняла, мол, кто тебе ещё такое предложит? Может, это твой первый и последний шанс свою квартиру заиметь? Да и мне рядом с тобой спокойнее будет».

К тому же сын Ирины захотел рядом с отцом быть, который живёт в Черногорске. После долгих раздумий женщина решилась. Закрутила непростую процедуру продажи своей комнаты (сама в то время была на заработках в Москве), а когда нашлись покупатели, отправила вещи контейнером в Хакасию.

- Евдокия Степановна много раз мне звонила, - вспоминает Ирина: «Ты что, не хочешь ехать? Почему медлишь?» - Да нет же, но не всё так просто с продажей, переездом, на всё время нужно!

Однако если есть цель и желание, обычно всё получается. Вот и с переездом всё сложилось, как задумано. Только, увы, «стар и млад» мирно жили недолго. Как рассказывала Ирина, хоть она и старалась относиться к Евдокии Степановне как к родной бабушке, согласие из их жилища испарилось. А поселились там косые взгляды, непонимание, усталость от общения. Скорее всего, не со зла, а просто из-за разницы в возрасте – как ни крути, каждому – своё!

- Я предложила даже такой вариант, - поясняет Ирина, - живи в этой квартире одна, а я уеду работать в Москву, бывшие работодатели туда зовут. Платить за квартиру буду сама. А сын, когда вернётся из армии, будет жить отдельно – снимет квартиру, так как жениться собирается. Не согласилась на это бабушка. Наверное, на принцип пошла.

Вот, собственно, и вся житейская задачка, с двумя неизвестными. Неизвестно, что делать дальше участнице войны, оставшейся без угла, ежедневно прокручивающей ленту событий и глотающей лекарства, от пустырника до сердечных таблеток.

Неизвестно, как быть Ирине, поменявшей привычный уклад жизни, потратившейся на переезд и, как она утверждает, не имеющей сбережений, которых могло бы хватить на приобретение отдельного жилища для бабушки или для себя в случае размена квартиры.

В тему

Е.В.Большакова, прокурор города:

- Проанализировав ситуацию, могу сказать, что в настоящий момент работаем над обращением, думаем о возможном правовом способе решения проблемы. Но пока оснований для признания сделки незаконной, мнимой мы не видим. Бабушку никто к продаже и покупке квартир не принуждал, она была согласна на оформление недвижимости.

В данном случае решение вопроса лежит, скорее, в плоскости человеческих отношений. Бабушка за бюджетные деньги приобрела квартиру, обменялась с сыном, тот улучшил свои жилищные условия, из однокомнатной переехал в двухкомнатную. Что же касается следующей сделки, примерно половина средств, на которые была приобретена квартира вскладчину, принадлежали Ирине, просто так выставить её на улицу нельзя.

Полагаю, на семейном совете придётся решить, как обеспечить бабушке отдельное жильё, поскольку сегодня, похоже, все решили свои проблемы, кроме неё. При этом не только Ирине, но и сыну, возможно, придётся поднатужиться и помочь матери материально – он ведь тоже фигурирует в этой цепочке мен, продаж и приобретений. Другой вопрос – в том, если средств хватит лишь на общежитие, стоит ли подвергать бабушку испытанию жёстким бытом, который не для слабонервных?

Зацепка, из-за которой можно обратиться в суд, была бы в том случае, если, допустим, бабушка оформила свою квартиру на Ирину и они устно договорились, что та будет за ней ухаживать, но нарушила своё обещание. Однако факт нарушения устной договорённости одной из сторон изучал бы суд, решение было бы принято на усмотрение судьи! Для доказательств нужны были бы факты, свидетели.

Пожилым людям стоит иметь в виду, что есть такая правовая форма оформления недвижимости как рента. В договоре ренты оговариваются обязательства сторон. К примеру, пожилой человек передаёт право собственности на свою квартиру после смерти, а тот, кому он её оформляет, обязуется выполнять ряд условий по уходу, санаторно-курортному лечению, уборке помещения, обеспечению определёнными продуктами и т.д. Рента хороша тем, что квартира остаётся в собственности человека до его последних дней.

О.Л.Шепель, директор управления соцподдержки населения Черногорска:

- Очень часто к нам приходят бабушки, дедушки, которые остаются без жилья. Они (часто – по просьбам, из-за уговоров родственников) отчуждают собственное жильё, оформляют его на детей, внуков, после чего… перестают быть нужными. Некоторых из них приходится увозить в пансионат ветеранов и инвалидов. Поэтому при оформлении сделок с недвижимостью будьте трижды внимательны и осторожны. Есть желание оставить кому-то квартиру после себя – нужно и оформить это так, чтобы недвижимость лишь «после» перешла к новым собственникам.

З.И.Шурякова, председатель совета ветеранов Черногорска:

- Житейский опыт подсказывает, что ни в коем случае нельзя на склоне лет оставаться без своего угла. Ходите к детям в гости, принимайте их у себя, но сто раз подумайте, прежде чем принять решение жить вместе. К сожалению, это слишком часто заканчивается плачевно, люди, даже родные, не могут найти общий язык, в итоге страдают прежде всего пожилые беспомощные люди. В делах с квадратными метрами доверчивость – не лучшее качество.

Марина КРЕМЛЯКОВА, «ЧР» от 2 апреля 2013 г.

/p

Новости по теме: